Следы бобра на земле

Следы бобра на земле

Если всех млекопитающих нашей страны расположить по размаху и колоссальности своей деятельности и, как следствие, невиданной масштабности следов, которые они оставляют в природе, то на первом месте, несомненно, окажется бобр! Как ни одно другое животное, бобр способен преобразовывать окружающий ландшафт для собственных потребностей, и как следствие этого, создавать новые биотопы для прочих форм флоры и фауны. Своей искусной деятельностью, как строительной, так и обеспечивающей пропитание для всей семьи, этот грызун поражает наше воображение. Подземные норы, тоннели, надводные жилища — хатки, полухатки, плотины, системы канав и каналов, наторенные тропы, запасы корма, наконец, сваленные, расчленённые и перемещённые для своих нужд деревья, — всё это дело рук и зубов этих грызунов. И наглядные следы его деятельности.

Когда-то, в олигоцене, предки бобров отделились от эволюционной ветви белкоподобных грызунов и начали вторично осваивать водную стихию. Постепенно некоторые их формы достигли гигантских размеров. Таковыми были трогонтерии из Евразии и, особенно, североамериканские кастороиды, достигавшие размеров небольшого медведя. Видимая часть резцов этих исполинов достигала 10 сантиметров. Каких-то 12 000 лет назад жили они на нашей планете вместе с мамонтами и шерстистыми носорогами, пока все массово не вымерли в позднем плейстоцене. До наших дней дожил лишь один род. По сравнению с кастороидами, современные бобры не так крупны, но относительно размеров всех современных грызунов — это настоящие гиганты, уступающие только капибарам.

Современная систематика выделяет два вида: европейский бобр, описанный ещё К. Линнеем и канадский. После акклиматизации в нашей стране в 40-х годах прошлого уже века бобра канадского, мы имеем дело уже с обоими видами, отличить которых не каждый сможет. Впрочем, деятельность обоих практически неотличима. Считается, что европейский бобр имеет бурую окраску, канадский — коричневую, с ржавым оттенком. В литературе часто указывается, что самки крупнее самцов, хотя внешне оба пола неразличимы. Даже осмотр гениталий у добытых бобров ставит в тупик. Ибо их нет. Постаралась эволюция и здесь. В связи с переходом этих полуводных животных к неблагоприятным условиям и низким температурам подлёдной жизни, их половые и мочеполовые органы имеют исключительно внутреннее расположение и выводятся в полость, так называемой, вторичной клоаки. Более того, у самцов даже имеется рудиментарная мужская матка!

Бобр интересен во многом, но мы будем говорить о следах, которые он оставляет в результате своей активной и размашистой деятельности.

Всем охотникам и рыбакам, живущим поблизости от старых торфяных карьеров, знакома опасность провалиться в бобровую нору, устроенную где-нибудь в высокой картовой или валовой бровке. В подобных местах, где берега высокие, бобры роют норы. В наиболее обжитых бобрами местах высокие берега буквально изрешечёны сетью нор, имеющих протяжённость, в общей сложности, десятки и даже сотни метров! Но изначально, нора — это прямой подземный ход, начинающийся под водой, далее направленный косо вверх и заканчивающийся расширенным логовом, достигающим в длину – 70, в высоту – 50 см. Общая протяжённость такой норы обычно 3 – 5 метров, а её диаметр составляет примерно 30-40 см. Именно так устраивают бобры весенние норы. Логово, соответственно, расположено выше уровня воды и всегда близко к поверхности. А потому риск провалиться, особенно в старые норы, очень велик. В подобных местах с высокими участками суши, где нет возможности проложить канал между двумя водоёмами, бобры прокапывают соединительные тоннели. По ним же они могут добираться и до мест кормёжки.

Если по каким-то причинам внешний берег разрушился, а нора обнажилась, бобры заделывают эту открытую часть палками, ветками, скрепляя всё это грязью, илом, торфом. Такие редкие, встречающиеся почти всегда у самого берега постройки, называют полухатками.

В тех же местах, где берега низкие или превращены в одну сплошную трясину, бобры возводят свои знаменитые хатки, знакомые почти всем. Это плотное нагромождение палок, веток, брёвен, скреплённых грязью и растительной массой, с гнездовой камерой внутри и одним-двумя входами-выходами, открывающимися под водой. Гнездо, где живёт полноценная семья (два взрослых, молодняк этого года и годовики) находится выше уровня воды и содержится в чистоте. Обычно дно его покрывает древесная стружка. Но однажды, в целях осмотра гнездовой камеры я нарочно разрушил крышу старой и непрочной полухатки, но стружки на дне не обнаружил. Гнездо выстилалось ивовыми прутиками и стеблями трав. Примечательно и то, что эта полухатка находилась на краю низинного болота, куда давно были стащены с холма остатки существовавшей здесь когда-то деревни. А потому в стенках камеры этого убежища, кроме ила, торфа и разложившихся растений я обнаружил богатые включения обломков красного кирпича и ржавого железа.

Я осмотрел в своей местности несколько хаток в самых разных местах. Средняя нормальная хатка имеет высоту примерно 160 см., при диаметре в основании – не менее 4-х м. Удивительно то, что хаотичная укладка веток и палок при строительстве, да ещё армированная илом и грязью, делает убежище абсолютно неприступным. Вот уж, действительно, всё гениальное – просто! Разрушение такой хатки требует огромных усилий и времени. Состав бобровых хаток примерно одинаков. Звери строят их из палок, веток (различной толщины и в основном, лиственные породы), обрубков древесных стволов, заготовленных самими бобрами, коряг, донного ила, грязи, камней, торфянистых корневых масс, перегнивших и свежих остатков рогоза, хвоща, осоки и реже, предметов цивилизации. В последнее время становится очевидным, что бобры, расширяя свой ареал, охотно поселяются на окраинах даже крупных городов, а нередко и в их черте. Бобровые хатки нередко можно видеть на заболоченных участках, даже из окон автотранспорта, проезжая по оживлённым шоссейным дорогам.

Плотина – следующее уникальное инженерное творение бобров. Это монолитное, гребневидное сооружение, воздвигаемое трудягами-бобрами, ниже по течению. Назначение этого сооружения – перекрыть русло речки, ручья или канавы для создания стабильного водоёма и поддержания в нём нужного уровня воды, необходимого для благополучного существования бобровой семьи. Плотина строится и того же подручного материала, что и хатка: веток, брёвен, камней, скрепляемых торфом, травой и грязью. Плотины прочны настолько, что по ним можно переходить с одного берега на другой. Любая утечка воды тщательно заделывается. Весной, в половодье, такие плотины превращаются в эффектные водопады, когда с них с шумом низвергается талая вода, звук которой слышится издалека. Обычно длина плотины не превышает 20-30 метров, при ширине около двух. Но есть достигающие в длину десятки и, как исключения, сотни метров! В моей же местности, с преобладанием лишь торфяных канав, плотины весьма скромные, и длиннее 15-ти метров я не находил.

Протаптывая тропы к местам кормёжки и заготовок корма, бобры настолько углубляют их под своим весом, что в наиболее заниженных участках те заполняются водой. Более того, бобры начинают расширять и углублять их, выталкивая ил на края. В результате образуются канавы, заполненные водой на глубину до метра и при ширине обычно около полуметра. По канавам бобры не только скрытно, под водой, перемещаются к нужным местам, но и сплавляют древесно-веточный корм, необходимый им для питания или ремонта плотин и хаток. Канава, соединяющая один водоём с другим, уже образует канал, также служащий для облегчения транспортировки того или иного материала. К тому же каналы вместе с отдельными канавами, имеющими выход в различные места бобрового поселения, являются для бобров спасительными в случае опасности, особенно вдали от основного водоёма. На одном топком низинном болоте, протяжённость одного канала от хатки до места кормёжки и заготовки корма составляла не менее 70-ти метров.

Бобры являются исключительно растительноядными животными. В пищу им идут все зелёные части растений, в том числе побеги и кора деревьев. В состав их кормов входит более 300-т видов растений, как травянистых, так и древесно-кустарниковых. Из деревьев самыми предпочтительными породами для бобра являются различные ивы и осина. На торфяниках в моей местности, где осина редка, бобры нередко валят берёзы, обгладывая их, также как и другие деревья. Но бересту не трогают и бросают, съедая лишь ржаво-коричневый подкоровой слой. Несмотря на многочисленность у нас чёрной ольхи, это дерево в качестве кормового у бобров, я отмечал как бы в порядке исключения. Расщеплению клетчатки, содержащейся в древесном корме, бобрам способствуют несколько факторов, начиная от ферментов в полости рта и заканчивая бактериально-грибковой микрофлорой желудочно-кишечного тракта и хорошо развитой слепой кишкой (если вспомнить, она развита у наших тетеревиных, питающихся грубым, древесным кормом). К тому же, в целях пополнения желудочной микрофлоры, бобры, как и многие грызуны, поедают свои испражнения. Кстати, последние встречаются, почему-то очень редко. Я нашёл помёт бобра лишь однажды, в марте; округлые, довольно крупные экскременты, 3-4 см в диаметре, какого-то светлого, сероватого цвета и состоящие как бы из спрессованных опилок.

Читайте также:  Можно ли сажать чеснок рядом с луком

Всю зиму бобры ведут подлёдный образ жизни и очень редко выбираются наружу. Но уже в конце зимы, особенно в марте, в местах бобровых поселений очень часто начинают встречаться вылазы бобров на поверхность. Пробив полынью у самой кромки берега, тяжёлые, намокшие звери, почти целиком увязая в глубоком снегу и оставляя за собой сплошную борозду, добираются до ближайших зарослей ивняка. Перемешивая под собой снежную толщу, грызуны принимаются скусывать торчащие из-под снега тонкие побеги; тоненькие съедают на месте, а более толстые утаскивают с собой. Примечательно, что срезы побегов, сделанные зимой, после снеготаяния оказываются на довольно внушительной высоте от уровня земли. Тонкие побеги бобр срезает наискось, словно ножом. Более толстые, диаметром до 5-7 см., он также грызёт в одном направлении, и срез такой же – остро-скошенный, а на нём хорошо видны следы резцов. Ствол, диаметром более 8-10-ти см., зверь грызёт уже радиально, равномерно по всей окружности, как и более крупные деревья. А потому пенёк выглядит, как кончик заточенного карандаша.

С таянием водоёмов, там, где поблизости есть бобры, на воде у самой кромки берегов часто встречаются целиком обглоданные отрезки веточек различной толщины. В основном, это белеющие обнажившейся древесиной фрагменты побегов ивы. Бобр гложет кору с этих веток, держа их в передних лапах, перемещая прутик, как вправо-влево, так и покручивая его по оси. С приходом лета и зелени бобры больше переключаются с древесного корма на травянистый. Излюбленной пищей ему служат крахмальные, сочные корневища и нижние части стебля рогоза, вахты, кувшинки, кубышки, рдеста и пр. Нередко, наряду с обглоданными по всей длине ветками, на воде, или на береговых отмелях, где обедал зверь, можно видеть прибившиеся к берегу пучки длинных листьев рогоза, осоки острой, словно обрезанные ножницами у оснований. Это также работа бобров. Впрочем, то же оставляет после обеда и ондатра. Если летом, в пышущей зелени прибрежной растительности пройти по проложенной бобром тропе, можно обнаружить будто оборванные стебли и листья крапивы, таволги, иван-чая, сныти и пр. Здесь грызун объедал уже их верхние части.

Но наибольший размах следы деятельности этих животных приобретают в конце осени, ближе к предзимью, когда приходит пора массовых заготовок зимнего корма. Уже с сентября, весь октябрь и ноябрь на участках различных лесов, расположенных на территории бобрового поселения, часто натыкаешься на свежие «лесосеки». Для создания и пополнения зимних запасов, состоящих из главнейшего, древесно-веточного корма, бобры валят и разделывают деревья. Важнейшим деревом для заготовок является осина. Бобровую «лесосеку» узнаешь безошибочно. Прежде всего, внимание наблюдателя привлекают поваленные и подточенные у основания деревья. Погрыз бобра, на дереве, начинается примерно в 30-ти см. от земли и тянется вверх ещё сантиметров на 40. Имеются сведения, что более тонкие деревья перегрызаются на большей высоте, а старые, основательные – ближе к комлю. Обычно, одно дерево грызёт один бобр. Пытаясь свалить дерево, бобры всё больше вгрызаются вглубь, срезая древесину равномерно, по всей окружности ствола. В результате, часть ствола в этом месте приобретает форму песочных часов. По мере уменьшения «талии», дерево переламывается и падает. Очень редко, но бывает, что основание ствола, падая, намертво прижимает бобра к земле. Таким образом, пень имеет форму тупо заточенного кола, а лесной опад под ним покрыт россыпью светлой древесной стружки. На других, ещё стоящих деревьях, погрызы имеют начальную стадию; либо они заметны лишь на одной стороне, либо имеют полное, замкнутое завершение, но не достигли области сердцевины. Пара ночей, и эти деревья будут свалены. Нередко приходится видеть, что некоторые закусанные бобрами деревья так и остаются нетронутыми. И если древесина их обнажена сплошным кольцом, то дерево стопроцентно обречено, так как в этом месте подсыхает и, в итоге, гибнет. Далее наблюдается не менее интересный процесс. Свалив дерево, бобры приступают к его разделке. Теперь здесь может помогать вся семья. Сначала срезаются ветви и макушка; постепенно это всё в зубах транспортируется ближе к жилищу. Затем начинается и собственно разделка сваленного дерева. Ствол расчленяется на несколько чурбачков, длина которых зависит от толщины дерева. Ближе к макушке, эти чурбачки длиннее, напротив, ближе к основанию – короче, поскольку тяжелее. Морщинистые основания, особенно старых деревьев, с огрубевшей, растрескавшейся корой, бобры не трогают и оставляют. Более молодые деревья расчленяются и растаскиваются полностью. После такой работы аккуратные, светлые кучки древесной стружки, тянущиеся с большими перерывами по одной линии, начиная от пня, заметно выделяются белизной на общем фоне тёмного опада. Такой штрих-пунктир мысленно рисует представление о том, что совсем недавно здесь лежало дерево, разгрызенное бобрами и перетащенное по частям. Поразительно, как вдали от воды эти звери умудряются дотащить некоторые такие поленца, весящие больше десяти килограммов!? Иногда чурбачки разной толщины, но уже сплошь обглоданные до белой древесины, можно видеть прямо на «лесосеках».

Несколько слов следует сказать о кормовых запасах, приготовленных на зиму. Они представляют собой одну или несколько куч складируемых ветвей и частей стволов кормовых пород деревьев, устроенные поблизости от норы или хатки. Первоначально основания ветвей втыкаются в дно водоёма. Сюда же бобры сносят и мясистые корневища водных растений. Иногда такие кучи веточного корма достигают такой высоты, что видны над уровнем воды и издалека похожи на хатки.

К «лесосекам» бобров ведут от одной и более хорошо проторенных троп. Они становятся всё более заметными с понижением рельефа. Чем ближе к воде, тем больше чернеет замешанный ногами ил и тем заметнее тропа. Наконец, спускаясь дальше, тропа всё больше затапливается водой, превращаясь в дальнейшем в глубокую канаву, ведущую к водоёму с убежищем.

На «лесосеках», как и в прочих местах обитания бобров, всегда чувствуется своеобразный и устойчивый аромат так называемой бобровой струи. Бобр, как и все территориальные млекопитающие, метит границы своих участков. Но запах их мочи обладает особой насыщенностью. Этот аромат моче придают ферменты особых «желёзок» – препуциальных мешочков (бобровая струя), расположенных рядом с жировыми желёзками, внутри под хвостом. Проходящая через эти мешочки (настоящими железами их назвать нельзя) моча просто насыщается пахучими ферментами. Бобровая струя очень ценится охотниками, и имеется у обоих полов. По этому запаху, нередко пропитывающего воздух, устанавливается наличие бобров, в каких-то определённых местах.

Несмотря на массовые проявления бобровой деятельности, чёткие следы его лап найти бывает очень сложно. Обычно их видишь на илистой жиже, неразборчивые и заплывшие. Плюс к тому — заглаженные тяжёлым волочившимся хвостом бобра. А если, вдобавок ко всему, зверь тащил за собой густую ветку, то следы и вовсе неразличимы.

Передняя лапа бобра небольшая (ок. 8-9 см. в длину), пятипалая; первый (внутренний) палец мал, и на отпечатке самый меньший. Остальные, четыре, видны отчётливо. След задней лапы, несомненно, больше. К тому же бобр, подобно барсуку и медведю, зверь стопоходящий, а потому след оставляет и вся стопа. Общая длина следа от 15 до 18 см. На нём хорошо видны все пять прямых, длинных пальцев, соединённых у когтей кожистой перепонкой. Следы когтей отчётливо оставляют три внешних пальца (3, 4, 5-й). Особо интересно устроен второй палец задней лапы. Он видоизменён, представляет собой роговые «щипчики» и называется чесательным. Им бобр вычёсывает шерсть, смазывает её водонепроницаемым жиром, удаляет эктопаразитов.

Читайте также:  Первая помощь при химическом ожоге кожи

Чистка бобрового меха – это жизненно необходимое мероприятие. Кроме того, что мех смазывается выделением жировой (анальной) желёзки, он содержится в абсолютном порядке, а потому тщательно расчёсывается. Главнейшим спасением бобра, как и других северных, полуводных зверей, от холода, в том числе ледяной воды,является его нижний пуховый слой шкуры (подпушь), особенно развитый на брюшке. Он служит термозащитой этим животным в условиях низких температур. Высочайшая плотность волоса этого пухового слоя делает последний водонепроницаемым. А потому попадание посторонних предметов и скатавшаяся шерсть здесь недопустимы. Соперничать с бобром по плотности меха могут только выхухоль и особенно выдра, мех которой, вообще, по всем параметрам являются эталоном носкости. Следует отметить, что бобр в этой номинации занимает второе место!

Итак, как уже говорилось в начале, бобры, сами того не подозревая, «разрабатывают» ландшафт не только для себя. Изменения эти находят отражение и не в одной окружающей обстановке — «валка» леса и создание труднопроходимых завалов, образование прудов и лесных болот, — но и становятся новыми очагами обитания для прочих видов растений и животных, либо оказывают на них определённое влияние. Уничтожение старых деревьев способствует активному росту растительности в тенистых до того местах. Бобровые «лесосеки» нередко посещают зайцы и лоси, чтобы поглодать столь доступную осиновую кору. Пруда и заводи зарастают ряской, а по берегам обрастают водной растительностью. Сами пруды охотно заселяют столь неприхотливые к кислородному режиму рыбы, как карась и вьюн. К тому же эти водоёмы являются идеальными местами обитания различных околоводных животных, в частности, водяных полёвок, ондатр и куликов, а по заросшим берегам гнездятся чирки и кряквы и здесь же впоследствии водят свои выводки. Старыми бобровыми норами и ходами охотно пользуются, как для жизни, так и зимовок, многие животные, начиная от беспозвоночных, лягушек, змей и заканчивая енотовидными собаками. Одним словом, бобр является одним из немногих млекопитающих, способных преобразовывать ландшафт и создавать новые биотопы, обеспечивающие благополучное существование других видов, как животных, так и растений.

Бобр оставляет очень много следов своей деятельности: плотины, каналы, хатки, подгрызенные и сваленные деревья, очищенные от коры ветки – все это обращает на себя внимание раньше, чем отпечатки лап самого зверя.

И передние, и задние конечности бобра имеют по пять длинных, хорошо развитых и подвижных пальцев. Задние, снабженные плавательными перепонками, в 3-4 раза крупнее передних. Отпечатки лап нетрудно обнаружить на илистых берегах в местах обитания этого зверя. Обычно они бывают нечеткими, размытыми. Внутренние пальцы передних конечностей малы и не всегда оставляют отпечатки. Следы широких задних лап несколько напоминают следы, натоптанные гусями, однако по расположению пальцев и силе отпечатков видно, что здесь был зверь, а не птица. Следы часто бывают смазаны волочащимся широким хвостом зверя.

По суше бобр передвигается медленно, мелкими шажками, вперевалку, хвост волочится по земле. Зверь горбит спину, так как передние конечности у него короче задних.

В водоемах с высокими берегами бобры живут в норах, выкопанных так, что вход в них расположен ниже уровня воды. Там, где берега низкие, заболоченные и нору вырыть нельзя, бобры строят хатки. Это большие, довольно сложные сооружения куполообразной формы. Хатка строится на выступающей из воды кочке, коряге, островке или прямо на низком берегу. Стены ее сложены из хвороста, "обрубков" толстых ветвей и других частей водной и прибрежной растительности. Все сооружение, промазанное глиной и илом, настолько прочно, что свободно выдерживает вес нескольких человек. Внутри хатки устроена обширная камера с "оштукатуренными" глиной стенками, в которой и размещается семья бобров, состоящая из пары взрослых, сеголеток и годовиков. Со дна водоема в камеру ведут один-два входа. Иногда хатки достигают внушительного размера – до 2 метров в высоту и более 6-7 метров в поперечнике у основания. Там, где бобров не беспокоят, они пользуются хаткой десятки лет.

Если водоем мелеет и вход в жилище обнажается, бобры строят плотину и поднимают уровень воды. В качестве строительного материала используют крупные части стволов, ветки деревьев, камни, землю, ил, мох со дна водоема, куски дерна, водоросли и вообще все, что можно собрать на берегу или в воде. Бобровая плотина перегораживает русло, а иногда и всю долину реки и может иметь длину в несколько сот метров. Она так прочна, что человек по ней свободно переходит с одного берега на другой. В сооружении плотины участвуют все члены бобровой семьи. Древесину звери сплавляют по реке, а землю, грязь, камни (до 3 кг весом) доставляют со дна водоема и переносят, прижимая передними лапами к груди. При этом они передвигаются на задних лапах, опираясь на свой сильный хвост. При строительстве плотины бобры укладывают ветки не поперек потока, а вдоль него, закрепляя их вершинами навстречу течению. От этого сооружение, собирая нанесенный течением мусор, становится прочным и долговечным.

Некоторые плотины, постоянно подновляемые, служат многим поколениям бобров. В водоемах с низкими берегами звери прокапывают от воды в глубь леса канавы шириной до метра, по которым сплавляют к жилью корм и строительный материал.

Летом кормом бобру служат водно-болотные и береговые травянистые растения. На берегу, где зверь кормится, остаются извилистые дорожки выеденной до земли растительности, которые всегда ведут к вылазам из воды. В холодное время года бобр питается корой и ветками осины, различных ив, рябины, черемухи, реже ольхи и березы, а иногда даже ели. При поедании веточного корма и при заготовке его на зиму бобры оставляют очень заметные следы. Мощными резцами бобр способен срезать дерево метровой толщины, но обычно довольствуется деревьями диаметром 10-30 см с менее грубой корой. Подгрызая дерево, бобр сидит на задних лапах, опираясь передними о ствол. Следы резцов имеют вид параллельных борозд-желобков, сделанных как будто полукруглой стамеской. Стружки, которые остаются при такой "рубке", достигают иногда 10-12 см длины. По разной ширине резцов, оставивших следы на пне сваленного дерева, можно разобрать – один или два бобра работали у дерева. Сваленные бобром деревья нередко зависают и остаются для них недоступными.

Однако и они не пропадают зря: осенью их объедают лоси, добираются до них при глубоком снеге и зайцы.

Заготовленный на зиму корм – это большие кучи ивовых прутьев и ветвей других лиственных пород, сложенные на берегу у самого уреза воды и частично затопленные. Зимой, особенно в морозы, звери малоподвижны и живут главным образом за счет этих запасов.

Бобры старательно ухаживают за своим волосяным покровом. Сидя на задних лапах, передними они отжимают воду из меха, расчесывают его, наносят на все части тела выделяемую прианальной железой жировую смазку, которая защищает мех от намокания. На втором пальце задней ноги бобра есть особый коготь. Он как бы расщеплен, делится на две половинки, которые подвижны и могут плотно складываться. Этот коготь получил название "чесального". Пользуясь им, бобр вычесывает мелких клещей и приводит в порядок волосяной покров. Уход за мехом у этого зверя занимает столько же времени, сколько и еда.

Рис. 1. Отпечаток передней (вверху) и задней лап бобра на илистой почве. Следы смазаны волочащимся хвостом зверя

Рис. 2. Передняя (слева) и задняя лапы бобра (а – "чесальный" коготь), см

Охота и охотничье хозяйство. 1988 г. №7

Даже самые хитрые и скрытные звери не могут полностью скрыть следы своей жизнедеятельности, так или иначе его можно обнаружить. Если речь идет о бобрах, то искать их место проживания нужно у водоемов, т.к. свои хаты и норы бобер всегда строит на берегах рек. Место проживания бобра можно определить визуально, иногда он строит хатки прямо на поверхности воды, соединяя хатку плотиной с берегом, такая постройка будет очень хорошо видна издали. Но если бобер построил норку, плюс еще вход в нору есть только со стороны воды заросшего берега, то найти такое местечко будет непросто. Как правило, для поиска таких мест нужно обследовать прибрежную территорию и искать следы присутствия бобра, который питаясь растительной пищей, оставляет за собой хороший след, да и места частых посещений найти несложно. В осенний период очень часто встречаются сгрызенные деревья и торчащие пеньки, которые сгрызены так, будто заточенный карандаш.

Читайте также:  Схема рециркуляции гвс через полотенцесушитель

В случае если это новое место, куда переселился бобр,
особенно по весне, то никаких сваленных деревьев не будет, но вот пеньки
останутся обязательно, а тонкие кустарники будут иметь характерный бобровый
срез. Если вы хоть раз видели погрызенное бобром дерево, то этот след от зубов
уже никогда не спутаете ни с каким другим животным. Если бобр грызет довольно
толстое дерево, то он проходит по стволу вокруг, как уже писалось выше, огрызок
получается в виде заточенного карандаша. Часто деревья растут прямо над рекой
по склонам, такие деревья бобер грызет с одной стороны и они падают в реку. Если
деревца молодые и стволы тонкие по 5 см, то мощные зубы и челюсти бобра срезают
его за один раз, а на срезанной части отчетливо заметны места от зубов.

У бобра верхние большие зубы выполняют роль опоры, они не
двигаются, а нижняя челюсть проходит как пила по древесине, после нее остается
место в виде двух борозд. На мелкие ветки не тратится никаких усилий,
сантиметровая толщина перегрызается как соломинка, на таких веточках след зубов
сложнее заметить, т.к. он получается гладким и под наклоном в ту сторону,
куда наклонял голову бобр.

Возраст бобра и
ширина резцов

Конечно же, с возрастом ширина и размер зубов у бобра
изменяется, это позволяет легко определить примерный возраст бобра, еще даже не
видя его. Годовалые бобры и старше отличаются зубами шириной до 9 мм по нижним
резцам, верхние немного меньше — от 8.5 мм до 7.5 мм. Если бобер еще молодой, то его
резцы внизу тонкие, не более 7.5 мм, вверху 7.2 мм. Если говорить о малышах 1.5
месяцев, то их зубки еще работоспособны, они лишь учатся правильно грызть,
нижние всего 2.6 мм, верхние резцы 2.5 мм. Зная эти данные, вы с легкостью
сможете определить, сколько бобров есть по близости и какого они возраста. При
расчетах не забывайте накинуть запас на дерево, ведь место воздействия на
древесину немного расширяется, а истинный размер зуба будет немного меньше.

Также можно запутаться при исследовании боковых погрызов,
прежде чем бобр доберется до древесины ему нужно снять кору, в этом случае
нужно смотреть на размер самого широкого следа зуба. Ведь сгрызая слой за
слоем, следы зубов накладываются и становится не просто различить эти
накладки, для правильной оценки смотрите на поперечный срез не на коре, а уже
на твердой древесине. Если вы внимательно присмотритесь, то сможете увидеть,
что деревом занимался не один бобр, а сразу семейка, особенно если ствол был
толстым.

Летняя пища бобров, это подножный корм, коего в изобилии,
практически любая растительность идет в пищу, причем большинство кормовых видов
растет прямо у воды вдоль берега, поэтому обращайте внимание на все состояние растительности
над водой.

Особенно популярный корм для бобра — это ирисы, рогоз
молодой, свисающая ива, конский щавель, дягиль и тростник, все это растет в
воде и совсем рядом, так что бобрам зачастую вообще не нужно выходить на берег.
Кроме того, бобер не сорит едой и съедает такую растительность полностью, за
редким исключением, когда он пищу тащит в норку, в этом случае можно найти
возле норы неестественную для этого места растительность. От молодых побегов
остаются ровно обгрызенные палочки, а кора полностью идет в пищу, найденные
палочки свидетельствуют о наличии по близости бобра.

Говоря о следах бобра, стоит поговорить и о настоящих,
анатомических следах от его перемещения. Такие следы от лап встретить еще
сложнее чем хатки или норы, но если вы случайно прошли вскоре после бобра по
влажной земле или это конец зимы и след виден на рыхлом снегу то, как правило,
четких следов не будет, они будут стерты хвостом. Если же лежит снег, то на нем
будет видна виляющая борозда от хвоста.

Зимой оптимальный способ найти след бобра — это смотреть на
прибрежный лед, вот на нем будут лучше всего видны следы от глины и илистого
дна. Лапка бобра спереди, там, где касаются земли пальцы, выглядит в форме
звездочки, следы остаются глубже и имеют явные очертания когтей.

От задних остается иной отпечаток, он имеет форму веера и длиннее чем передняя
лапка, пальцы растопырены в стороны, что и создает веер, а перепонка, которая
находится между пальцами, следов не оставляет.

Если вы такой след найдете на песке, то он не будет четким,
а больше будет похож на гусиный след. Не путайте след выдры и бобра, на песке у
бобра получается двухстрочный след, когда обе конечности оставляют линии, а
след выдры это просто ломаная линия. Сам след выглядит так: впереди идет
отпечаток растопыренных в стороны лап, а задние лапки как бы наступают на
передние, след выстроен не ровно по линии, а слегка косит, потому как бобры
ходят в развалку, типа утиного шага.

Походка бобра даже издали различима, шаг у него мелкий и
походка неспешная, если что-то его спугнет, то его пробежка похожа на мелкие
прыжки, хотя бобер не всегда бежит даже при виде человека. Также по следам на
земле можно определить возраст бобра, приблизительно конечно, хорошо
заметно сколько бобров проходило по тропинке. Характерно для бобра то, что
следов прогулки вдоль берега нет, бобер выходит из воды и перпендикулярно идет к
растительности, затем так же идет обратно в воду.

Несложно заметить место постоянного присутствия бобров,
ведь рядом с хаткой или норой бобр постоянно таскает ветки и таким образом
делает там гладкую тропинку. Такая тропа нахожена, нередко растительность,
которая растет по сторонам, примята и выпачкана, и хотя бобер не ходит далеко,
но некоторые тропы уходят в лес от реки и имеют продолжительность по несколько
десятков метров, скорее всего так бобр кормится.

Помет бобра, это крайне сложный метод определения, ведь его
сложно найти даже на суше, а в воде тем более. По размерам и форме он похож на
грецкие орехи, соответственно, начинка помета — все то, что ест бобер: трава, древесина
и прочее.

Зимний след мочи на
снегу

Бобровая моча на снегу ярко выделяется своим цветом, имеет
красно-бурый цвет. Если зимние хаты заселены, то там обязательно будут отмечены
следы работы и пребывания, туда постоянно носятся свежие ветви, есть следы от
лап и хвоста. Кроме того, бобер строит запасник, в который сносит запас пищи на
некоторое время, такой запасник будет заметен в любом случае.

Летнее обиталище по-разному выглядит, если это хатка, то, как
правило, входом является плес, а в случае с норой, то будет заметена песчаная
насыпь возле жилой норы, нередко при мелкой воде такая песчаная насыпь является
столом для обеда бобра, где удобно грызть пищу.

Ссылка на основную публикацию
Adblock detector